Семён Крайтман

 

Упругий знак воды

 

…а ещё у меня был брат, ну, понятно, “был”…

старший брат, который меня учил

разбивать рукой кирпичи, стоять против трёх верзил,

не моргая при этом, сердился, что я сутулюсь.

на Соборную[1] площадь шахматы приносил,

ставил на партию стольник и всех дурил,

так как был кандидат в мастера.

вот, опять же, “был”…

четверть века назад он перешёл за Нил,

как сказали бы египтяне, в страну, коей правит Анубис.

это случилось так:

объявив жене,

что по делам уезжает на пару дней,

он с другой женой, сказав, что устал от рутины,

отправился в край пирамид, где с коня упал

возле гробницы Хуфу

и через минуту стал

ни с конём, ни с этой женщиной, ни со мною не совместимым.

и она везла его, везла через этo “не”

обратно, на север, к другой жене,

где они вдвоём предали его земле –

эта жена, и с нею жена другая. и земля пополнилась им.

я не бью кирпичи рукой. против верзил не стою…

представляю весь мир строкой,

и сутулюсь, как прежде.

и пробую – “не моргая”.

***

вдоль тротуара, свитая в жгуты,

текла вода.

две птицы коротали

в кустах декабрь.

и эти же кусты

зонтами им служили.

Бог деталей

вытачивал озябшую листву,

сырую штукатурку зимней мессы,

прохладою легированный звук

паденья капель на асфальт.

как слесарь

рукастый, он,

прищурившись глядел

на все свои дела,

из этих дел,

соединив их острыми винтами

струй дождевых,

он мир сей собирал,

мир зимних птиц,

мир водяных зеркал,

людей и прочих словосочетаний.

***

…сядь, карандаш возьми, надень очки

и на крючках свяжи десяток строчек.

смотри, как изменяется твой почерк,

как на него слетаются сверчки

и прочие чешуйчатые буквы,

и начинают пенье дребезжать,

и вспоминать:

“…ты помнишь, как набухли,

в себя вобравши воду, облака.

как воздух съёжился,

как, словно из мешка,

твой злой и безымянный Санта-Клаус

достал грозу и бросил на Урал,

где ты в лесах коренья собирал,

печаль и подорожник,

и казалось,

что рвётся лес, что он трещит по швам,

что дождь идёт наперекор словам,

что ветвь осины плачет по Иуде,

единственном, кто от забвенья спас…

что из кустов выходит Китоврас

и спрашивает:”закурить не будет?”

[1] Площадь такая в Одессe.

Ближе к делу (из материалов следующего номера)

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.