Пароход Бабелон

                            

 

                                                           Афанасий Мамедов

О  РОМАНЕ

Я мечтал написать его давно – еще в другую эру, в другой стране, исчезнувшей с карт.

Я писал роман долго. «Долго» – это не значит, изо дня в день. За это время я успел издать книгу повестей и рассказов «Хорошо, что только раз», выходила в толстых журналах и моя малая проза.

Все это время я искал и собирал материал для романа. Находил его в книгах, на сайтах, в семейном архиве… Я советовался с профессиональными историками, специалистами по той эпохе, которую описываю в романе. Однако основой романа, его фундаментом, стали семейные истории, услышанные в детстве от бабушки.

«Пароход Бабелон» – это роман в романе, состоящий из трех временных колец,  у каждого из которых свой русский язык и свой устав, положенный жанру. Так что этот роман можно назвать и историческим, можно – готическим, все элементы «новой готики» в романе присутствуют, включая и замок в имении ясновельможного пана, есть в нем и чудовищная тайна и само чудище, от которого трясет всю страну; не будет  ошибкой назвать роман и семейным.

Кому-то может показаться: «Ну, накрутил!..» Не я!.. Я только по мере сил описал вихри истории, проделки ветра Хазара, которому обязан романом в очередной раз.

Обширной оказывается и география романа – здесь и Москва, и Баку, и Вена… Но начинается «Пароход Бабелон» с Константинополя, превращающегося прямо на глазах у главного героя в Стамбул. События в Стамбуле, убийство британского аристократа и разведчика в гостинице, встреча на Принцевых островах  главного героя – писателя, драматурга, одного из заговорщиков с Красным демоном революции (тов. Троцким), – то самое ядро, вокруг которого раскручивается, раскачивается история. Здесь и Советско-польская война, на которой главной герой – девятнадцатилетний красный командир, и эмигрантские флэшбеки – гурджиевская линия, в романе от назван мастером Джорджем Ивановичем, и линия любовная, уже после возвращения героя в СССР, а затем его побег из Москвы в Баку, и случайная встреча, с моей бабушкой, бабушкой Сарой, и само собою, разумеется, линия предательства, тянущаяся с первых страниц романа по последнюю. (Читатель узнает, кто предал главного героя только в заключительной сцене.)

Вообще в романе рассматривается несколько видов предательства, включая такую его разновидность, как предательство коллективное, за которое по сей день приходиться расплачиваться стране, преемнице той, что исчезла с карт.

Герои романа люди разные, кто-то – плод моего воображения, кто-то вполне реальная фигура, исторический персонаж. Еще вчера об актрисе и кинорежиссере Маргарите Барской мало кто знал, а сегодня о ней выходят книги.

А еще это роман о свойствах памяти: массовой, индивидуальной, интуитивной, случайно-ассоциативной, без которых невозможно воскрешение прошлого.

Несет роман в себе и черты рискованного откровения: некоторые его страницы – о непростых отношениях моего деда с Маргаритой Барской, чья судьба оказалось столь же трагичной, что и судьба моего деда – главного героя романа «Пароход Бабелон».

В какой-то степени мой последний роман связан с двумя предыдущими – «Хазарским ветром» (многосоставным романом) и «Фрау Шрам». Объединяет их точка отсчета. Дом, в котором я родился и жил в Баку до переезда в Москву. Это он, – дом 20/67 по Второй Параллельной оказался вместилищем историй,  среди которых я научился находить свои. Я благодарен ему за многое, в том числе и за то, что он до сих пор их хранит.

 

 Мадина Тлостанова

Писатель, доктор филологических наук, профессор Линчепингского Университета (Швеция) 

О НЕМИНУЕМОЙ ГИБЕЛИ ВАВИЛОНА

Время больших исторических романов прошло, но задача понимания прошлого, работы с памятью, воображения безвозвратно утраченного — как никогда актуальна. Компактный, многоплановый и словно сгущенный «Пароход Бабелон» Афанасия Мамедова — попытка вернуться к недосказанным тайнам прошлого посредством искусства воображения. Роман отталкивается от семейной истории, пáрой пластически точных мазков намечает катастрофические приметы эпохи и приоткрывает перед читателем совершенно другую, незнакомую по учебникам историю с ее забытыми героями и злодеями.

Вложенные один в другой, как китайские шкатулки, обрамленные и обрамляющие рассказы кружат вокруг одних и тех же трагических событий первых послереволюционных десятилетий, воссоздают южно-кавказское и польско-белорусско-литовское пограничье всякий раз с нового ракурса, добавляя одну за другой недостающие детали и предлагая нам разные точки входа в пространство плывущего к неминуемой гибели Вавилона. И окончательно сложить эту мозаику должен сам читатель.

Давид Маркиш

Писатель,  Израиль

                     ВРЕМЯ БУРИ

Верно говорят: поскреби прозу и обнаружишь автора. Автора «Парохода Бабелон» я обнаружил много лет назад, открыв для себя его во многом автобиографический роман «Фрау Шрам». Тогда и оценил качество этой прозы — неспешной, с особым ароматом и колоритностью. Новый роман Афанасия Мамедова «Пароход Бабелон» — по-старому своеобычен, но по-новому несет в себе информационную бурю: время, в котором разворачивается действие романа, все еще оставляет много вопросов. Афанасий Мамедов ориентируется в историческом материале, на базе которого работает, как рыба в воде. Он сам признается, что «Пароход Бабелон» навеян семейными хрониками. И я склонен верить ему: и в этом романе я без труда нахожу автора и снова убеждаюсь – это и делает его прозу настоящей».

 

                                                                                                                        

 

 

Книжные новинки

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *