51(19) Александр Борохов

Зал ожидания

 

     Возвращение на Итаку

Бархат ночи проеден до дыр,

Это сделала звёздная моль,

Или Бог, что над всем Командир,

Не нарочно просыпал соль.

Лишь слепые бельма машин,

На куски разрезают мрак,

Ты под Аргусом звёзд один,

И Луна блестит, как пятак.

Не пятак, а так, медный грош,

Просто выпав, застрял средь туч,

Он на милостыню похож,

Как в дождливый день – солнечный луч.

Как мифический Одиссей,

Я Итаку искал много лет,

И асфальтовая река,

Показала, где остров – ответ.

Мой стандартный, как время, дом,

В нём и кухня, и спальня – стандарт,

Всё стандартно: «кругом-бегом»,

Даже финиш похож на старт.

Отворив дверь фигурным ключом,

Как нежданно-негаданный гость,

К косяку привалившись плечом,

Я повешу рюкзак свой на гвоздь.

Тени прошлого стаей котов,

Окружают, мурлыча, меня,

Но я к бою всегда готов,

Их сжигая вольфрамом огня.

Как включу телевизора щит,

Одиночество жмётся к стене,

Диктор сумрачно сообщит,

Что паршиво не только мне.

Бархат ночи проеден до дыр,

Это сделала звёздная моль,

Чёрный саван окутал весь мир.

Поглотив в себя горечь и боль…

 

Простой ответ

Я больше не звоню своим друзьям,

Они мне не звонят, я тоже не в обиде,

Плохою рифмой липнет грязь к князьям.

…И жизнь в обычном затрапезном виде.

Вопрос безвкусный, как пакетный суп,

Банально-пресный, как вода в стакане,

«Ну, как дела?» – мычишь: «Спасибо, друг».

А дальше только титры на экране…

Все меньше есть, о чем поговорить,

Разводы, жены, дети, пашешь до икоты,

Такая жизнь, и надо ее жить!

Однообразие уже не вызывает рвоты.

Смешно, перевалив за пятьдесят,

В заброшенном саду искать плоды удачи,

Два раза счастлив – вот и весь улов,

Похоже, счастье получил как сдачу…

А из камней, разбросанных в саду,

Не торопясь, спокойно строю стену,

От тех, кого я помню и люблю,

Предпочитая добровольность плена.

Я больше не звоню своим друзьям…

Крошки любви

Я снежинкой растаю в твоих теплых ладонях,

В них останется только лишь капля воды,

Только капля воды, ничего в ней нет, кроме

Растворенного моря любви и беды…

Время сушит в гербарии воспоминанья,

Наших встреч, уж давно пожелтели листы,

Что уныло кружат на краю мирозданья,

А глаза-маяки безнадежно пусты…

Что сказать? Что спросить?

Ни к чему нам случайные встречи,

Стерт резинкой разлуки ненужный уже телефон,

Только голые ветви стучатся в окно, словно руки,

Только вечер качает луну в небесах в унисон…

Отказавшись от крошек любви,

Что украсили твой подоконник,

Журавлем легкокрылым душа воспарит в облаках.

Лишь синицей бескрылой устало бьется в ладонях

Мое сильное сердце в твоих нежных руках.

Я кричу небесам: «Наконец-то свободен!»,

Ни обид, ни долгов, ни друзей, ни проблем!

Только сердце прошепчет: «Ну, теперь ты доволен?

Ты оставил меня непонятно зачем»…

Житейская история

Стояло весеннее раннее утро,

Обычно я первая мужа бужу,

Он кофе хлебнет, что-то вспомнит как будто,

И быстро, без лифта, бегом к гаражу.

Вот так дни бежали, не то чтобы мимо,

Муж в комнате курит, а я все лежу,

Он вдруг усмехнулся сквозь облачко дыма:

«Истерик не надо, прощай, ухожу…»

Со сна в голове непонятная каша,

А в доме хлопот-то и невпроворот,

И надо б заплакать: «А как же жизнь наша?

Собака рожает, какой тут развод?!»

Да нет, все нормально прошло, без скандалов,

Не надо ни дом и ни денег делить,

Детей тоже нет, их всегда не хватало,

И надо б задуматься, как дальше жить…

Пять лет, как от жизни отрезанный ломоть,

Черствея, в сухарь превращался наш брак,

Ни съесть и ни выбросить, все-таки сдоба,

Хотя и цена ей – дырявый пятак.

Потом я, конечно, возилась с щенками,

Ни дать и ни взять, как приёмная мать,

С работы – домой, и вожусь с сосунками.

Какой там поесть, если хочется спать.

А жизнь возвращается в прежнее русло,

И вечер полощет бельё на ветру,

И лишь иногда вдруг становится грустно,

И больно, и пусто – но ближе к утру…

А годы так мчатся, прости за банальность,

Как воды могучей и быстрой реки,

Любила ль? Не помню… К чему эта крайность?

Лишь помню: смешными родились щенки…

Мы из жизни уйдем…

Мы из жизни уйдем, как уходят из дома,

Просто выключим свет, просто выйдем во двор,

Нас уже почти нет… Нет друзей, нет знакомых,

Тает шорох шагов и ночной разговор….

Но назавтра уже заселяют квартиру,

Кто-то моет окно, дом как новый, и краскою свеж,

Только время ушло, ничего не оставили миру…

Только ветер разносит обрывки надежд.

Только наш часовщик, этот маленький гном-злопыхатель

Нас проводит к двери… Как прощальный каприз,

Мы усталой рукою привычно нажмем выключатель…

И повесим табличку: «Сдается на жизнь!»

Мы из жизни уйдем, как уходят из дома,

Просто выключим свет, просто выйдем во двор,

Нас уже почти нет… Нет друзей, нет знакомых,

Тает шорох шагов и ночной разговор….

А если это так…

А если это так, а если это нужно?!

То значит: всем смертям наперекор, назло,

И наплевать уже на домыслы досужие,

И уповать на то, чтоб только повезло.

Не нужен и рюкзак моих потерь тяжёлых.

Не нужно ждать зари, не нужно ждать весны,

И сбросив кандалы, и отворив засовы,

Бежать туда, где явью станут сны.

Но некуда бежать – тюрьма всегда с тобой,

И сердце-узник вновь мотает длинный срок,

Играя в чёт-нечёт с разлучницей судьбой,

Тасуй колоду дней, тасуй колоду строк!

 

 

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.