52(20) Михаил Фельдман

 

                 От «А» до «Я»

От пункта «А» до пункта «Я» я продвигался, не тая

Своих желаний, устремлений и амбиций.

Без алкоголя и лавэ проехал «Б», проехал «В»,

И только в «Г» я оттянулся, как патриций!

От возлияний в пункте «Г» я похудел на два кг,

И, если честно, то беспутство утомило.

Но если в норме ЭКГ – довольно мило в этом «Г»,

И только чисто лингвистически не мило.

А по дороге к пункту «Д» Альфонса встретил я Доде,

Отметить встречу предложил, заметьте, он сам.

Но после травки и т.д. мне стало вдруг не до Доде,

Да и вообще, не благосклонен я к альфонсам.

Побыл я в «Е», побыл я в «Ё», и понял – это не моё,

Хотя по жизни возвращался регулярно,

Но вот подъехал к пункту «Ж»… а там всё занято уже,

Поскольку место это очень популярно.

Я методично жал на газ и напевал какой-то джаз, Не попадая ни в тональность и ни в ритм,

И, приближаясь к пункту «З», я стал похож на шимпанзе

Бу-бу-бу-бу своим и обликом небритым.

От пункта «З» до пункта «И» всегда свирепствует ГАИ, –

Я ехал медленно, практически украдкой,

И, озираясь на ГАИ, я не заметил пункта «И»,

И оказался неожиданно в «И» краткой!

Чтоб сократить размер стиха, я от «И» краткого до «Х»

Не освещаю многочисленные пункты.

Но если трезво посмотреть на эту прожитую треть –

Зайдёшься в крике, даже если и не Мунк ты!

От пункта «Х» до пункта «Я» – ох, непростая колея,

Полно шипящих и каких-то странных знаков.

Там объездные есть пути, но как баранку ни крути,

А только занавес до боли одинаков!

И вот однажды в пункте «Я», в конце земного бытия,

Увижу я пустой тоннель или аллею,

И на истории на той поставлю точку. С запятой….

И обернусь, и ни о чём не пожалею.

              «Едет Грека»

Едет Грека через реку, едет бодро, налегке,

Почему бы человеку не херачить по реке?

Едет, едет Грека, значит, руку в реку не суёт,

Вдруг он слышит – Таня плачет, не по-детски так ревёт.

Там, где некогда Катюша заводила про орла –

Вышла на берег Танюша – современная герла.

У неё смартфон андроид, и, в руке его вертя,

То как зверь она завоет, то заплачет, как дитя.

Взад-вперёд Танюша ходит, низко голову склоня,-

Сразу видно – происходит с ней какая-то фигня!

У Танюши испод века низвергается поток

Сунул руки в брюки Грека, носовой достал платок.

– Тише, Танечка, не вой! На платочек носовой, –

Вытри нос и сделай тише месседж свой голосовой!

Отвечает Греке Таня: педофилище, отстань, а?

Тоже мне, семейный врач! Ты х-рачишь? И х-рачь!

И широкий жест рукой потянулся над рекой.

И ТАКОЕ вслед за жестом Таня выдала на раз,

Что, поверьте, самым лестным было слово «пид-рас».

Уязвлённый грубой соской едет Грека по реке,

И отборный Матусовский тает где-то вдалеке.

Едет Грека как-то косо, невесёлых полон дум,

И решение вопроса не идёт ему на ум:

Как напомнить им, бл-динам, рождены они зачем?

Не вайфаем же единым, а еще ведь кое- чем

Надо мыслить человеку человеком чтобы стал…

Ехал Грека через реку, ехал, ехал, и устал….

И предел его мечтаний – передышку дать уму:

Мяч найти, назвать мяч Таней, и х-рачить по нему!

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.