№46(14) Михаил Юдсон

Публикации Архива русско-израильской литературы Бар-Иланского университета

 ОСТАТКИ

Составление, предисловие и примечания Романа Кацмана

 

Михаил Исаакович Юдсон (1956-2019) – писатель, критик, помощник редактора журнала «22», соредактор журнала «Артикль». Уроженец Волгограда, с 1999 года постоянно проживал в Израиле. Автор романов «Лестница на шкаф», «Мозговой», «Четверо», повестей, пьес, рассказов, а также многочисленных рецензий и интервью в израильской и зарубежной прессе.

После смерти писателя в его архиве был обнаружен конверт с надписью «Остатки», и в нем увесистая пачка нарезанных бумажных листков размером 10.5 на 7.5 см, исписанных с обеих сторон его рукой. Таков был излюбленный метод Юдсона: он записывал на листках отдельные придуманные им слова, фразы, наблюдения, мысли, цитаты из прочитанных им книг, а затем они превращались в плотную ткань его текстов. После публикации как отдельные листки, так и рукописи целых произведений обычно уничтожались. В конверте «Остатки», как и следует из его названия, сохранились черновики, по большей части оставшиеся не использованными. Прочтение этих листков приоткрывает дверь в сложную поэтическую и интеллектуальную лабораторию Михаила Юдсона. Их публикация, которая неизбежно растянется на множество номеров, позволит, как мы надеемся, по-новому взглянуть на его творческое наследие.

В публикуемом материале звездочкой «*» обозначаются начало и конец одного листка, дефисом «-» обозначаются линии, отделяющие фрагменты записей на одном листке. Наклонными прямыми скобками «\» отмечены авторские вставки (их рассмотрение может быть полезно с точки зрения генетической критики как наилучшее свидетельство о работе творческой мысли писателя и генезисе его текста). Квадратными скобками «[ ]» отмечены вставки комментатора.

 

 

*

Вер[онике] Долиной

Нерп пускайте, поэты, в Париже,

Словно птиц Поднебесной из клетки —

Пусть по Сене, байкальские детки,

Поплывут, как серебряный крыж.

Осененные сим косяком,

Этой стаей кирилло-мифодьей,

Мы забудем иные мелодьи,

Мех у слов покрывается мхом.

Серп луны, да озимые сны,

Башня-клон, языков помешалово,

И от Марковны, и от Лукавого

Весть благая из снежной страны.

Вер, о Ника, пошли и раздай —

Дольних, горних, с надеждой, с любовью,

Бедным варварам из вавилонья

Ты теорию струн преподай.

 

*

Пайка и Шконка — Музы Зыка

-Я в музыке \сказочный\ профан

– кто наступил на мое «ухо и помял его?!»

– у меня \где-то в извилинах\ установлен скрипичный «кирпич» – звуковой тупик, нотам ходу нет.

Буквоцветный Авром Суцкевер предлагал чокаться с дождем – лехаим![1]

Наш русско-израильский солецизм (была такая \древняя\ афинская колония Сол – они утратили чистоту греческого языка) – коверканье и вкрапления. Когда одно причмокивает другим — контаминет.

Цербер — рецензент иронизирует, собака… Чехов называл критику «пустой бочкой, которую поневоле слышишь». \Ну, ветер носит, караван идет…\

*

«Всемство» Достоевского.[2] Всемство обедает.[3]

-«Бессмертный отсвет снега», как писал Борис Зайцев.[4]

«Мертвый дом» Достоевского, острог, куда \каторжно\ сгоняли православные души, был «в виде шестиугольника». \А как же!\

К бутылке подбираясь с тылу, ты пробку вышибал — ладошкой по донышку. Текла столичная уныло в провинции. Подъездами пропахли кошки и винцом… Кошмар людячей мошкары в метро — лед на окошке поутру.

*

Газета «Руль», редактор Гуль.

Эмиграция — встряска. С кочки на кочку. Встряска ряски. Болотце отцово.

Слишком «густ мед», как писал Гершензон (о Вяч. Иванове).[5] «Много толчеи», как говаривал Бунин (о себе раннем \«Деревня»!\).[6]

Когда я слышу, что «слишком густо», что (читателю), читу, хочется передохнуть, повисеть на лиане — «дайте воздуха, атмосферы!» — мне рвется вякнуть: «ходите гулять в другие леса, в иные тексты!».

Сказки народов. Чиполино – Чи полено…

*

На каторге в «Мертвом доме» заключенным задавали объем работ — «урок». «После урка жрать-то хочется!» — говорили арестанты. Отсюда урка, вошедшее в русскую речь.

Тяжело громыхающий двенадцатитонный грузовик Шёнберга.[7] Музыка акына у арыка.

*

Голливуд – холеный лес. Чащоба глянцевая.

Эх, рыбо-сомы! (рибосомы)

Желтый нуль луны.

Не лей помои на потомков — мол, не читают — мы еще хуже, мы пишем.

Первым делом — обделаться.

Утро. Солнце бьет в окно. Феб-заяц трудолюбиво скакал по стенке над кроватью.

«Подстарки», так называла Гиппиус молодых, начавших писать лишь в эмиграции.[8]

*

Кричащая электрическая лампочка Мунка. Эх, яблочко эдисоново!

Волапюк финнеганов — по фигу помин!.. Блум-цветок древа Дублинова. «Вброд-коня-купать», как выражался Бродский в «Мраморе».

Это таки лажа – так такелажники литеры грузят тяжко.

Желтый валун луны на черной поляне неба.

Ну, Блум тоже был четвергом – 16-6-1904.[9] (Как телефонный номер). Хочется чего-то государыне рыбного, грандиозного. Вырезать «Улисса» на рисовом зерне?.. Какой прок кропать – на потеху элитному стаду… Бычки Гелиоса… И он вернулся на Итаку -в Корнеллский университет.[10]

 

[1] Суцкевер А. Старый Яффо в дождь / Пер. с идиша И. Булатовского // Суцкевер А. Буквоцвет. Избранные поэмы и стихотворения. СПб.: Симпозиум, 2010.

[2] Достоевский Ф. М. Записки из подполья // Достоевский Ф. М. Собрание сочинений в двенадцати томах. Том 2. М.: Правда, 1982. С. 504.

[3] Использовано М. Юдсоном в романе «Четверо» (Артикль, № 11).

[4] Рассказ Бориса Зайцева (1881-1972) «Варфоломеевская ночь».

[5] Иванов Вяч., Гершензон М. Переписка из двух углов // Гершензон М. Избранное. Тройственный образ совершенства. М., СПб.: Центр гуманитарных инициатив, 2015. С. 25.

[6] Адамович Г. В. Бунин // Адамович Г. В. Одиночество и свобода.  М.: Директ-Медиа, 2016. С. 81.

[7] Додекафония, двенадцатитоновый метод композиции австрийского и американского композитора Арнольда Шенберга (1874-1951).

[8] Адамович Г. В. Одиночество и свобода // Адамович Г. В. Одиночество и свобода.  М.: Директ-Медиа, 2016. С. 23.

[9] Роман Джеймса Джойса «Улисс» посвящен одному дню из жизни его героя Леопольда Блума — четвергу, 16 июня 1904 года.

[10] Вероятно, имеется в виду американский литературовед и культуролог Гарольд Блум (1930-2019), учившийся в Корнеллском университете в 1947-1952 годах.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *